Вероника Скворцова: систему ОМС необходимо централизовать и перевести на правило "двух ключей"

Вероника Скворцова — в интервью ТАСС о развитии въездного медицинского туризма и о планах по перестраиванию системы ОМС

Министр здравоохранения Российской Федерации Вероника Скворцова в интервью ТАСС на полях ПМЭФ рассказала о приоритетах при построении национальной системы здравоохранения, о планах по перестраиваю системы обязательного медицинского страхования, возможностях Российской Федерации по вхождению в число стран 80+, а также о том, как Минздрав планирует развивать въездной медицинский туризм.

— Какой курс у нас сейчас будет взят в здравоохранении на ближайшие шесть лет? Какие задачи в зоне ближайшего развития сейчас стоят?

— Первое, что хочу сказать, что мы не планируем менять курс: будем двигаться по выстроенным базовым векторам, они заложены в указе Президента Российской Федерации В.В. Путина. Я бы определила их таким образом. Первое — это формирование и совершенствование национальной системы здравоохранения, работающей по единым правилам на основе единой программы территориального планирования, которая будет согласованно меняться вместе с социально-экономическим и инфраструктурным развитием страны. Это единые критерии качества и доступности медицинской помощи, единая тарифная система и единые эффективные способы оплаты медицинской помощи. Для нас очень важно, чтобы честные и сильные игроки были в национальной системе.

Второй момент — это пациенториентированность. В центре любой отраслевой задачи должен стоять конкретный человек, и именно поэтому особое внимание мы уделяем развитию первой линии фронта — первичной медико-санитарной помощи. Это развитие сельской медицины, взрослых и детских поликлиник, выездных форм работы, телемедицины.

— За счет чего должна обеспечиваться пациентоориентированность?

— Наряду с развитием первичной медико-санитарной помощи, за счет нового для нашей страны института страховых представителей. Мы начали выстраивать этот институт в конце 2016 года, и сейчас имеем уже более 9 тыс. страховых представителей трех уровней. Каждый пациент должен иметь телефон своего страхового представителя.

Благодаря действиям страховых представителей, в 2017 году были проинформированы более 21,2 млн граждан, подлежащих диспансеризации, из них более 9,2 были проинформированы повторно, что дало возможность на 6,2 процентных пункта увеличить количество прошедших диспансеризацию, по сравнению с 2016 годом.

Во всех регионах организованы и работают 215 региональных и 25 федеральных колл-центров. Сегодня уже можно сказать, что время дозвона не превышает 20 секунд.

Кроме того, уже в 2017 году на 30,3% увеличилось количество обращений по телефону горячей линии в сравнении с 2016 годом, более чем в 2 раза (+ 226%) увеличилось количество обращений о видах, качестве и условиях предоставления медицинской помощи по программам ОМС, на 9,8% увеличилось количество граждан, обратившихся по телефону горячей линии за разъяснениями (консультацией). Количество жалоб снизилось почти на треть (- 29,3%).

— Какие еще сферы должны быть преобразованы в ближайшее время?

— Важнейшая задача — это достраивание и совершенствование системы обязательного медицинского страхования (ОМС). С 1 января 2013 года мы ввели единый подушевой финансовый норматив базовой программы ОМС, т.е. впервые после советского времени фактически вернулись к принципу социальной справедливости, поскольку право на охрану здоровья является главным правом каждого человека. С 2014 года мы внедрили единую тарифную политику, и поэтапно с конца 2013 года по настоящее время мы разработали и внедрили самые эффективные методы оплаты медицинской помощи, которые существуют в мире, на основе так называемых клинико-статистических групп. Начинали мы с нескольких десятков клинико-статистических групп, сейчас их уже более 500. Они стали более выверенными и точными, уже доказали свою эффективность.

Если на начало 2012 года различия в тарифах на одни и те же виды медицинской помощи и услуги составляли до 25 раз между регионами, то сейчас они минимальны. Эта правильная экономическая модель позволила существенно уменьшить межрегиональные различия. Но система сейчас все еще децентрализована, и на этом я бы хотела остановиться. То есть мы имеем федеральный фонд ОМС и независимые территориальные фонды ОМС.

— То есть территориальные фонды сейчас существуют разрозненно?

— Совершенно верно — разрозненно. Они находятся под управлением каждого региона. Если средства доводятся до региона по понятным правилам с учетом численности населения и коэффициентов дифференциации регионов, рассчитываемых Минфином, то далее, в самом регионе, тарифная комиссия, которая формируется из местных организаторов здравоохранения, определяя территориальную программу государственных гарантий бесплатного оказания медицинской помощи, может допускать достаточно серьезные искажения. Они, естественно, отражаются на эффективности использования ресурсов. Сейчас, находя ошибки и недостатки в территориальных программах государственных гарантий, мы можем лишь заявлять о них регионам и разъяснять необходимость их устранения. Однако, у нас нет юридических механизмов заставлять регионы исправлять искажения и делать правильно.

— Что может исправить эту ситуацию?

— В наших планах — поставить вопрос о вертикализации системы обязательного медицинского страхования, преобразовании территориальных фондов ОМС в территориальные подразделения федерального фонда ОМС, и введении так называемого правила «двух ключей». То есть территориальные комиссии, которые будут формировать территориальные программы госгарантий, должны работать под двойным руководством — руководителя департамента здравоохранения региона и руководителя территориального подразделения Федерального фонда ОМС. В этом случае уже при планировании программы, а затем при ее реализации будут исключены искажения.

— То есть этот дисбаланс регионов в оказании медицинской помощи по госгарантиям, который сейчас существует, он, может быть устранен?

— Сейчас дисбаланс уже незначительный, но он остается, поскольку остается возможность каких-то искажений в каждом регионе. Система ОМС является тем механизмом, который настраивает все финансовые потоки и обеспечивает информацию о том, как происходит оказание медицинской помощи, в каких объемах, в каком качестве. Важно отметить, что, в отличие от всех других социальных внебюджетных фондов — Фонда социального страхования, Пенсионного фонда, Фонд ОМС — единственный из них, не является чисто финансовым механизмом: этот фонд имеет еще функции контроля и экспертизы качества медицинской помощи по пролеченным случаям — проводит экстренные, целевые и плановые экспертизы. Кроме того, Фонд ОМС поддерживает систему страховых представителей, которые чрезвычайно важны в создании пациентоориентированной системы.

— В качестве одной из задач вы также называли развитие первичной медико-санитарной помощи. Что с ней сейчас?

— Первичное здравоохранение, особенно на селе, имело непростую судьбу, особенно, в 90-х начале 2000-х. Было закрыто более 10 тыс. объектов здравоохранения. Сейчас ситуация обратная: этот процесс удалось не просто остановить, но и начать вводить новые учреждения, ремонтировать старые. Если в начале 2017 года нам не хватало примерно 1100 объектов сельской медицины. Сейчас — порядка 700. Выездные формы мы нарастили за пять лет более чем в 2 раза. Но еще очень многое предстоит сделать.

Нам поставлена задача Президентом Российской Федерации Владимиром Путиным завершить формирование эффективно работающей системы первичного звена, в том числе сельской медицины.

— Один из проектов Минздрава — внедрение бережливых технологий в поликлиниках. Как идет работа?

— Бережливые поликлиники шагают по всей стране: больше 40 регионов внедряют эти технологии. У нас более 1 000 поликлиник уже в этом проекте. Но общее количество поликлиник много больше. В течение трех лет мы планируем внедрить этот проект во всех детских поликлиниках.

Хочу отметить, что в тех поликлиниках, которые уже вошли в проект (а этот проект мы реализовываем совместно с администрацией Президента и корпорацией «Росатом»), были проведены комплексные ремонтные работы, произведено разделение потоков больных и здоровых посетителей, введена навигация, внедрен новый подход к графику специалистов, произведена оптимизация рабочих мест медицинского персонала и введен электронный документооборот, созданы центры медицинской профилактики там, где их не было.

По результатам реализации проекта сократилось время ожидания очереди в регистратуре в среднем в 4 раза, в очереди на прием к врачу — в 8 раз, прохождение диспансеризации — в 2,3 раза время нахождения у врача увеличилось — почти в 2 раза. А это означает рост удовлетворенности пациентов. Кстати, не только их, но и медиков, работающих в этих поликлиниках.

— А что можно сказать касательно обновления детских стационарных учреждений?

— Вместе с регионами мы выявили потребности в обновлении инфраструктуры детских больниц: строительстве, реставрации, капитальном ремонте. На основании этих данных разрабатывается программа их обновления.

Уже утверждена ведомственная целевая программа «Развитие материально-технической базы детских поликлиник и поликлинических отделений детских стационарных организаций». Реализация программы позволит провести необходимые мероприятия по дооснащению детских поликлиник всем необходимым и созданию в них организационно-планировочных решений, обеспечивающих комфортность пребывания детей.

Будут внедрены единые подходы при оказании первичной медико-санитарной помощи детям независимо от места их проживания. Эту программу предстоит реализовать в короткий срок — в 2018-2020 годах.

— В какой стадии сейчас находится инициатива Минздрава России по внедрению клинических рекомендаций?

— Мы уже внесли в Государственную думу проект федерального закона, вносящий изменения в базовый для отрасли Федеральный закон «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации», который сейчас готовится к первому чтению. Законопроект вводит в правовое поле клинические рекомендации — единые для всей страны алгоритмы ведения больных по группам заболеваний с учетом их индивидуальных особенностей. Клинические рекомендации включают в себя разделы с критериями качества оказания медицинской помощи, которые принимаются приказами Минздрава, утверждаются Минюстом и являются обязательными на всей территории страны. На их основе формируются регламенты экспертиз качества медицинской помощи в рамках различных видов контроля. Так создается система управления качеством медицинской помощи. На сегодня Министерством вместе с профессиональным сообществом разработаны более 1200 клинических рекомендаций при всех основных заболеваниях.

Кроме того, клинические рекомендации являются базой для обновления образовательных медицинских программ подготовки медицинских специалистов по каждому профилю. Таким образом, уровень развития современной медицины определяет требования к подготовке врачей.

— Какое место в системе национального здравоохранения будет занимать цифровая медицина?

— Курс на цифровизацию медицины мы взяли несколько лет назад и будем ему следовать. В прошлом году был принят «закон по электронному здравоохранению», которым заложены правовые основы для функционирования единой государственной информационной системы в сфере здравоохранения, электронного документооборота, телемедицины, электронных рецептов. Последовательно в течение 2–3 лет мы должны сформировать скелет единого медицинского цифрового пространства с запуском личного кабинета пациента, перекрестного документооборота, телемедицины, работающей для пациентов и медицинских работников. Мы создали в 2017 году сесть национальных медицинских исследовательских центров, и с этого года они получают государственное задание на выполнение своих головных методологических функций, в том числе обеспечивая круглосуточную телемедицинскую связь со всеми региональными медицинскими организациями третьего уровня.

— Как сейчас обстоит ситуация с кадрами? Что делает Минздрав для ликвидации дисбаланса?

— Кадровые дисбалансы в отрасли накапливались десятилетиями. Для их ликвидации уже сделаны существенные шаги. Если год назад мы говорили о том, что у нас не хватает в амубулаторно—клиническом звене более 35 тыс. врачей, то сейчас — на 8 тыс. меньше — 27 тысяч. Особенно важно, что дефицит сократился в первичном звене и по самым востребованным специальностям — онкология, рентгенология, патологическая анатомия. Поэтому система постепенно балансируется, чему помогают целевая подготовка специалистов: эффективность ее превысила 90%, по данным прошлого года, а также программа «Земский доктор», в рамках которой уже более 29 тыс. врачей переехали в сельскую местность, рабочие поселки и поселки городского типа. С 2018 года начата реализация программы «Земский фельдшер».

— А уровень подготовки врачей?

— Речь идет уже не просто о подготовке, а о непрерывном профессиональном образовании врача, которое проходит через всю жизнь. И для того, чтобы это осуществить, был создан федеральный портал непрерывного медицинского образования. Он в развитии: сейчас уже на нем зарегистрировано более 300 тыс. врачей. Более 80% врачей уже имеют автоматизированные рабочие места с открытым входом в специальные информационные медицинские базы, электронный рубрикатор клинических рекомендаций, дистанционные образовательные программы. То есть компьютер позволяет врачу не только быть включенным в телемедицинскую сеть, но и повышать свою квалификацию на рабочем месте.

— В майском указе Президента было также поручение увеличить экспорт медицинских услуг, по сути, въездной медицинский туризм. Могут ли современные инновационные разработки сделать эти медицинские услуги в России более привлекательными для иностранцев? Что их интересует у нас?

— Иностранцев интересует обычно специализированная помощь и то, что мы называем высокотехнологичной медицинской помощью, поскольку эти виды помощи у нас не менее качественные, чем в других странах, но при этом существенно дешевле стоят. И если в 2015 году мы оказывали помощь примерно 35 тыс. иностранцев, причем 20 тыс. — в федеральных учреждениях, то в 2017 году федеральные учреждения приняли уже более 110 тыс. пациентов для оказания специализированной, в том числе высокотехнологичной, медицинской помощи по большому спектру профилей: травматология и ортопедия, акушерство и гинекология, кардиология, онкология, офтальмология и др. То есть прирост за один год — в разы. И ясно, что потенциал у нас еще очень большой. И это касается не только наших ближайших соседей, но и дальнего зарубежья. Например, немало пациентов приезжают к нам из европейских, ближневосточных, азиатских стран.

— Вы говорили из Германии на эндопротезирование едут.

— Страховые компании Германии обращаются к нам с тем, чтобы по страховке немецких пенсионеров направлять к нам для эндопротезирования суставов — тазобедренных, коленных, для планового стентирования, ангиопластики и других операций. На ЭКО приезжают пациенты со всего мира при неудавшихся попытках в других странах. Офтальмология очень почитается, немало других направлений. Поэтому привлекательность высока и, уверена, будет еще больше с появлением дополнительных инновационных решений.

— У поручения Президента «80+» есть еще один аспект — развитие геронтологической службы. Европейские страны или та же Япония занимаются этим уже несколько десятилетий. Нам сейчас все это предстоит в таком ускоренном режиме внедрить. Сколько времени нам потребуется, чтобы, например, достигнуть уровня европейских стран, как у них сейчас это устроено?

— Наша задача — за короткий срок сравняться с передовыми странами в этой области — такими, как Япония, где самая развитая система гериатрической и геронтологической служб. Для получения опыта мы заключили договор с Минздравом Японии по совместному развитию этих областей медицины. Сегодня для развития геронтологии в нашей стране создана вся необходимая нормативная база: разработан порядок медпомощи, специальные документы для специалистов-геронтологов. Внесены изменения в порядки работы первичного звена: так, когда доля людей старших возрастных групп высока, увеличивается численность среднего медицинского персонала, осуществляющего индивидуальное посещение пациента, патронажное наблюдение. Геронтология и гериатрия имеют еще одно смежное с ними направление — паллиативную помощь, многие принципы которой актуальны, в первую очередь, для старших возрастных групп. Мы очень существенно увеличили число паллиативных коек за прошедшие 5 лет — в 9 раз. И паллиативная служба в нашей стране была создана, что называется с нуля. Конечно, многое еще предстоит сделать в перспективе, и мы обязательно будем работать над этим.

Cсылка на первоисточник: https://www.rosminzdrav.ru/news/2018/05/28/8074-veronika-skvortsova-sistemu-oms-neobhodimo-tsentralizovat-i-perevesti-na-pravilo-dvuh-klyuchey

 

Вам нужна помощь?

Пожалуйста, заполните заявление или отправьте нам письмо на email Этот адрес электронной почты защищен от спам-ботов. У вас должен быть включен JavaScript для просмотра.   

8-495-151-81-69   номер для Московского региона

8-800-775-41-47   бесплатный номер для всех регинов России